Оксфорд и Кембридж. Непреходящая история  - Петер Загер

Хай-стрит долгим мягким изгибом уводит от Магда лен-бридж на запад, к центру города. С каждым шагом все полнее раскрывается перед нами панорама улицы, чья едва заметная кривизна словно заманивает в ловушку все новыми и новыми видами: на часовню Куинс-колледжа, башни Олл-Соулз, церкви Св. Девы Марии и Всех Святых – пока все они, один за другим, не выплывут наконец словно из-за кулис огромного городского театра под открытым небом.

Оксфордская Хай-стрит – одна из самых длинных в мире. На the High, как ее называют, есть все, что может привлечь располагающего временем фланера: магазины, церкви, кафе, колледжи, грандиозные здания и скромные дома. Есть витрины, оформленные в стиле модерн, с викторианскими и георгианскими элементами, кафе с дорическими колоннами – эхо фасадов более элегантных эпох. В некоторых домах сохранились позднесредневековые несущие конструкции (например, дома № 126 и № 130). Магазин University of Oxford Shop, где университет продает свою символику на футболках, плюшевых мишках и пледах собственного производства, помещается над готическим подвалом с нервюрными сводами, где когда-то, в начале xvi века, располагался Таклиз-инн, постоялый двор для академиков. А если вы хотите соответствующим образом облачиться в мантию и галстук своего колледжа, то вам нужно в Ede & Ravenscroft, филиал лондонской фирмы, которая начиная с 1689 года обслуживала тринадцать монархов вместе с их подданными «по королевскому предписанию», в полном соответствии с церемониалом.

В верхнем конце Хай-стрит вы найдете единственное в городе место, где town и gown по-настоящему перемешались: это крытый рынок. Горожане делают там покупки, а студенты близлежащих колледжей в обеденные часы заполняют его закусочные и кафе. Крытый рынок между Хай-стрит и Маркетстрит открылся в 1774 году, а нынешняя его структура берет начало в 1890-х годах. Здесь по-прежнему ощущается атмосфера эдвардианского Оксфорда: между лавчонками с рыбой и зеленью устроились продавцы сыра и книг. Мясники носят фартуки в бело-голубую полоску, соломенные шляпы с черно-красными лентами, а их косули, зайцы и фазаны, как и прежде, висят на стойках снаружи.

Церковь Всех Святых открывается парадом башен, выстроившихся вдоль Хай-стрит. Бывшая городская церковь на углу с Терл-стрит была построена в 1706–1708 годах скорее всего по проекту архитектора-любителя Генри Олдрича, декана Крайст-Черч-колледжа: прямоугольный зал без боковых приделов, без хоров, зато с коринфскими пилястрами, лепным потолком и высокими скругленными арочными окнами. Подобно телескопу развертывает башня свою геометрию на квадратном основании узкой длинной ротонды с колоннами, которую венчает конусообразный купол.

С 1975 года в бывшей церкви располагается библиотека Линкольн-колледжа – один из самых благородных читальных залов Оксфорда. Среди писателей, родившихся в этих стенах, – два члена колледжа, чьи аудитории едва ли могли бы различаться сильнее: методист Джон Уэсли и Джон Ле Карре, чей наставник, преподобный Вивиан Грин, послужил прообразом его героя – шпиона Смайли. Кстати, если позволите, небольшое отступление: однажды в Бате на узком тротуаре Уэсли встретил бывшего однокашника, красавчика Нэша. «Я никогда не уступаю дорогу дуракам», – произнес Нэш, и не думавший отступать в сторону. «Вот как? А я всегда уступаю», – ответил Уэсли, уступая дорогу.

Но что делает митра на фасаде гостиницы, стоящей напротив церкви Всех Святых?

Когда Ричард Флеминг, епископ Линкольнский, в 1427 году основал Линкольн-колледж, он использовал средства не только богатого прихода церкви Всех Святых, но и прибыль гостиницы на углу улиц Хай-стрит и Терл-стрит. Отсюда отправлялась почта, шла в Лондон почтовая карета, и те, кто себя уважал, останавливались именно в гостинице «Митра» – от Карла Фридриха Шинкеля и Германа Мелвилла до Уильяма Теккерея, который именно отсюда в 1857 году предпринимал напрасные попытки занять вакантное место в Оксфордском парламенте.

Однажды летним вечером 1782 года молодой берлинский учитель и проповедник Карл Филипп Мориц, путешествуя по Англии («пеший путешественник выглядит здесь диковинным зверем»), остановился в «Митре», где наслаждался обществом людей, крепких как в питейном искусстве, так и в знании Библии, чтобы на следующий день, почти протрезвев, посетить их колледж: «Мне показалось, что Оксфорд имеет облик весьма печальный и меланхолический, и я совершенно не понимаю, отчего его считают одним из самых красивых городов Англии».

Между тем престижная гостиница сдавала позиции и постепенно превратилась в ресторан быстрого питания. На верхних этажах сейчас живут студенты Линкольн-колледжа, которому «Митра» принадлежит и по сей день.